iran culture

В гостях у иранцев

Попасть в иранские гости зачастую бывает легче, чем снять гостиничный номер. Когда друзья искали отель в Кашане, таксист сразу предложил переночевать у него. Пришлось настоять, чтобы отвезли именно в отель. Даже переводчику звонили. Но когда водитель остановился уточнить у аборигенов, как проехать к нужной гостинице, они тоже стали зазывать к себе.

001 3415 900

Гости первые

Впервые погостить в иранском доме нашей группе посчастливилось в Исфахане. Нас пригласили в дом зажиточного бизнесмена.

Оставляем обувь на улице у входа и направляемся в огромный холл. Снаружи дом казался ничем не примечательным, а внутри — хоромы. Что называется, «пабагатому». Такое ощущение, что попал в 90-е годы в дом какого-нибудь «нового русского». Стеклянные столики, отделка на мебели под золото. Правда, кресла и диван в целлофановых чехлах — чтобы не портились. На полу четыре персидских коврах. Бахрома во избежание загрязнения тоже заклеена скотчем. На одной из картин изображен тигр, на другой — орнаменты. Около камина полуметровая статуэтка вздыбившегося коня. Вот ты где был все это время, «такой же, но без крыльев»!

Хозяин — невысокий полноватый мужчина — сам приносит разнос с чаем, фрукты, торт, конфеты из мягкой карамели с кардамоном. Мы садимся употреблять угощение на ковре, а он — рядом на кресле качалке. Позднее приходит его жена в темном френче и платке, садится на стул справа от супруга. Потом является внук и садится рядом с бабушкой. Через минут 10 зашел взрослый сын. Еще позже — взрослая дочь в леопардовой блузке. Таким образом, вся семья расселась перед нами в шеренгу.

Разговариваем через переводчика. Глава семейства интересуется, откуда приехали, кто по профессии. «Этот дом построили за 15 месяцев. Мебель заказывали в иранских мастеров. Узорный роспись и лепнину на потолке делали художники по нашему эскизу», — хвастается хозяин. Спрашиваю, кто решал, каким будет интерьер. «Если вам нравится, значит, я. А если нет, то муж», — переводят мне слова мамы. Спрашиваю у гида, как зовут хозяина. Потому что каждый член семьи, приходя, называл имя. А вот с хозяином мы официально не знакомились, а теперь вроде как поздно. «К сожалению, забыл, — признается гид. — Дело в том, что мой двоюродный брат дружит с Али, его сыном. Через брата нас и пригласили». Приходим к выводу, что гости в Иране — еще не повод для знакомства.

На прощание фотографируемся. В Иране это ритуал, без которого никуда. Все должны со всеми сфотографироваться. Наш Александр по-привычке протянул ладонь для прощания дочке хозяина. Она вежливо улыбнулась, но показала рукой «нет», как на советском антиалкогольном плакате.

Гости вторые

В Ширазе на центральной улице случайно встречаем родную сестру нашего гида. Она гостит у друзей. Немедленно отправляемся к ним в гости. Хозяина дома зовут Джамал, а его жену — Кобра . Мужчины из группы брызжут от смеха. Один говорит, что прожил с такой 6 лет. Пока ждем остальную часть группы и гида, пытаемся общаться с хозяевами. А это, знаете ли, непросто. Мы не знаем фарси, а они — английского (вообще по нулям, даже вот из йо нейм). В итоге рождается забава «а давайте все покажем фоточки со своих телефонов». К концу поездки она становится довольно традиционной. И данная забава очень хорошо показывает разницу в менталитетах. Для иранца главное — семья. И в телефоне у каждого иранца — фотографии членов семьи, вплоть до внучатых племянников, прабабушек и т.д. Показав своих родственников, они намекают: а теперь ты. И наши судорожно начинают листать фото на своих смартфонах с надеждой среди собачек, котиков и закатов все-таки таки найти фотографии родных детей.

Когда все в сборе, садимся на пол, на ковер, хотя в доме есть диваны. Так удобнее, всем хватает места, нет никакого разделения на группки. Даже детский уголок — это не отдельная комнатка, а угол с игрушками в большой гостиной. Правда, для четырехлетней Масо самая вожделенная игрушка — мамин семидюймовый смартфон. «Сейчас Иран живет хорошо: недостатка в жилье, еде нет. Большинство из нас — крепкий средний класс. Недовольство политиками было в плохие для бизнеса времена. Тогда каждый второй ругал власть. А если дела идут хорошо, никто кривого слова не скажет», — говорит глава семейства.

Из телевизора играет турецкая музыка. Поет женщина без чадры. Масо танцует на радость гостям.

006 4752 900

Спрашиваем, как иранцам удается создавать такие крепкие семьи? Почему так мало разводов? «Во-первых, молодая семья должна жить обязательно отдельно от родителей. Перед тем, как женится, мужчина обязан купить дом или квартиру. Во-вторых, если женщина поссорилась с мужем, собрала вещи и пришла к маме с папой, в родительский дом ее вряд ли пустят. Скажут: у тебя есть муж, мирись с ним, а потом приезжайте вместе на ужин. В-третьих, мы стараемся быть в хорошем расположении. Не вымещаем плохое настроение на членов семьи», — говорит Кобра.

Гости третьи

Поселок Валуджа, где родился наш гид, расположен в 4 км от Каспийского моря. Здесь останавливаемся на три дня. Живем на два дома — в одной спим, в другом харчуемся. Все дома в селе обустроены по одному принципу — большая гостиная с ковром, за перегородкой — кухня. В каждом доме есть самовар, который подключен к газу. Для обогрева используется газовая печка.

Во время первого чаепития один из племянников гида — Камель — обращает внимание на ровный нос Саши из нашей группы. Спрашивает, делал ли тот пластическую операцию. Удивляется, что такой ровный нос возможен от природы. Оказывается, Камель — первый парень на селе, потому что свой нос уже перекроил. И вообще, у него «Пежо». Показывает на телефоне свою фотографию со старым носом. Теперь у него вместо длинного и тонкого носа как у актера Эдриана Броуди — коротенький и чуть вздернутый.

Исмаил приносит русско-иранский разговорник. Говорит «Здравствуйте» , «Как дела?» . Учит нас словам на фарси. Ему нравится «Ностальгия » Андрея Тарковского и романы Достоевского. Сожалеет, что родился в Иране, а не в России, и очень хочет туда поехать. Вечером в нашу честь устраивают танцы. В большом доме собралось чуть ли не полсела. Мужчины и дети танцуют под струнный инструмент саз и дарбуку. Женщинам из группы позволяют снять платки и не заматывать попы шалью поверх джинсов. В общем, все свои.

Впрочем, среди иранок чадру снимают только две женщины. В отдельной комнате накрывают на ковре стол, где сидят сами мужчины и мы, туристы. Угощают шашлыком из баранины. Самогон с изюма (да-да, именно!) разливают из полторалитровой пластиковой бутылки. К нам присоединяется одна из женщин с непокрытой головой, опрокидывает полстакана «изюмовки», запивая ее айраном. Спрашиваем гида, кто она. «Это свободная женщина, она разведена, поэтому ей никто не может указывать, что делать», — отвечает. Вечер заканчивается таким трешем, угаром и дискотекой, что даже удивительно. Самое интересное, что в кутеже принимали участие даже старики — сидели, хлопали, качались в такт музыке до последнего. А «последнее» наступило где-то в полночь, когда с Камелем, врубившим музыку на своем «Пежо», пришли ругаться соседи. Где-то я это уже все видела.

Следующий день на море встретили нашего музыканта. По профессии он рыбак.

Гости четвертые

В Тегеране попадаем в квартиру музыканта Мохаммеда на «квартирник». Две его комнаты заставлены разнообразными струнными, ударными инструментами, перкуссией. У одной стены видов пять тару, барбетов. Стена другой комнаты увешана плоскими дискообразными кожаными барабанами, которые называются дах. В зале они висят под лампами вместо плафонов. На ноуте листаются фотографии Мохаммеда в разных ракурсах.

Первую чашку чая или кофе хозяин приносит лично. Если хочешь еще — иди на кухню и делай сам. Тут царит демократия — женщинам разрешают снять косынки!

Для начала шесть музыкантов во главе с хозяином исполнили классических персидских песен. Потом еще пару песен на турецком. В перерыве поинтересовались, как нам музыка. И очень расстроились, что никто из группы не разбирается в музыке профессионально.

На перекуре спрашиваем, как же называется группа. Немного советуются и говорят : «Мевлана» . Так Иранцы называют суфийского поэта Руми. Большинство песен — на его стихи. Также поют на стихи Хафиза. Его сборник есть в каждом иранском доме.

В середине вечера в квартире появляются еще две гостьи: блондинка и брюнетка. Сразу же снимают все атрибуты правоверных мусульманок и оказываются в узких брюках. На одной короткий свитер, на другой куртка а ля косуха. Сразу видно, что мы в столице. Немного посидев, просят сфотографировать их на мобильный с голубоглазым парнем из нашей группы.

На втором перекуре спрашиваем, как музыканты относятся к мусульманским законам. «У нас есть семьи, в которых женщина не снимает чадру с головы даже дома, при муже и детях. Ест в этом платке, убирает, чуть ли не спит. Но мы не считаем себя правоверными мусульманами. Главное — бог внутри. У меня — свой, у вас — свой. Может быть, я — агностик. Главное, не безбожник» , — отвечает Аджи

seljan
03/01/2014 14:00

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Start chat
How can we help you?
TebMedTourism Company
Hi there,
Our consultants are waiting to answer all of your questions right now.